Дынная пыль

Дед с утра был похож на черствый и одновременно подгоревший хлеб, который словно чувствует, что ему везде жмет, хочет развернуться, ахнуть, ухнуть, сделаться мягким и упругим, но сделать это не может и оттого хмурится и кукожится.

   – Интересная штука получается, Алтынпай. Аллах, кряхтел он, создавая человека, видимо постоянно отвлекался на что-то более интересное, и в итоге человек получил механизм, который всегда надо чинить. Нет, конечно, можно не тратить ни тиына на своё тело, но тогда естественный износ угробит его раньше, чем ты успеешь как-то оправдать своё пребывание в этом странном мире.

 

   Морщины на бронзово-черном высушенном лице деда в такие моменты расчерчивали кожу четко и глубоко, брови серебряным космосом нависали над лицом-планетой. Было видно, как ему тяжело. Но при этом он не вызывал жалости, поскольку принимал своё нездоровье спокойно, философски и беззлобно к миру.

 

  - Ладно, посыплю голову дынной пылью, и всё пройдет. Алтынпай, спусти-ка с цепи Мануха, пусть порезвится.

   Внук сделал вид, что не расслышал, но дед словно ждал такой реакции.

   - Алтынчик, ну чего ты боишься, ты же помнишь, как прошлым летом, когда Манух был маленьким неуклюжим кубиком, вы носились с ним друг за другом и потом вместе засыпали на тахте, несмотря на то, что я не разрешал ему забираться на кровать.

   Алтынпай слушал деда и мысленно с ним соглашался. Он сам не ожидал этого от себя. Что будет бояться своего прошлогоднего дружка, вымахавшего за год в огромную грозную собаку.

 

   Манух был тибетским мастифом, но больше походил на тибетского медведя. Черный, мохнатый, зычный пес своим видом наполнял живот мальчика миллионом ледяных пузыриков. В прошлый свой приезд к деду, на летних каникулах, Алтынпай общался с Манухом всего неделю (незадолго до отъезда деду подарили щенка), и, конечно, за год они успели друг друга позабыть. А теперь мальчик никак не мог привыкнуть к мохнатому чудовищу и опасался к нему приближаться.

 

   - Дед, а что такое дынная пыль? Ты всегда так говоришь, а дынной пыли ведь не бывает.

   Старик и не думал попадаться на удочку хитрована. – Алтынчик, ты ведь учишь в школе английский язык? Мама говорила, что у тебя это ловко получается. Верно?

   - Ну да, у меня еще ни одной тройки по инглишу.

   - Слушай-ко, а правда, что слова «я тебя люблю» будут на английском, как  «ай лав ю»?

   - Да, - брови Алтынпая взлетели вверх и сложились домиком.

   - Скажи, дружок, а Мануша лает не по-английски?

   Дальний заход деда выдавали только оживившиеся морщинки в уголках глаз.

   Не дожидаясь ответа, он продолжал. – Особенно, когда Манух чего-то хочет, например, просит поесть, как он подвывает, балакай¹?

   И точно, вспомнил Алтынчик, он же завывает и так выходит, будто по-английски произносит ай лав ю – я люблю тебя! Смешно!

   - Но у него это случайно получается, а можно надрессировать его так, что звук станет четче и правильнее, почти по-человечьи, - дед уже открыто улыбался.

 

 

 

Примечания:

1 – Балакай (каз) – малыш

 

Глаза внука недоверчиво источали неподдельный интерес.

   - Например, ты даешь Мануху что-то вкусное, что он очень любит…

   - Яблоко!

   - Замечательно, яблоки он обожает, готов изо рта выхватить. Я даже жалею, что он мастиф, а не далматинец. Звучал бы на французский манер, как Д`Артаньян – Д`Алма¹

~тинец.

   - Алтынпай прыснул.

   - Так вот, даешь яблоко, но не сразу. А только как заслуженный приз за правильное произношение. Манух, скажи ай лав ю, скажи ай лав ю… И как только он произнесет что-то похожее, ты ему кусочек яблока. Так и научишь его в любви признаваться не по-собачьи, а по-английски.

   - Ладно, Алтышка, надо ложиться, завтра рано вставать, заедет дядя Салимжан по дороге на охоту.

 

   На улице давно уже стемнело, ночь в ауле наступала внезапно и густо, как сбежавший с плиты кисель, но и отличалась от него – редкими звуками, а главное – монетками звезд на небе, то яркими и крупными, как фары на джипе дяди Салимжана, а то мелкими и мерцающими, как седые волоски в бороде того же дяди.

   В сонной голове Алтынпая спотыкались друг о друга события минувшего дня, вдруг он вспомнил слова деда про дынную пыль, смысл которых так и остался не ясен мальчику.

   - Дедушка, ты так и не сказал мне, что такое дынная пыль.

   Дед затих на какое-то время, потом кашлянул и заговорил. – Я живу в долине, у подножия высоких гор. И всю жизнь выращиваю дыни. Знаешь, как определить, спелая ли дыня?

   - Нет, - ответил внук.

   - Хорошо, скажу. Когда дыня окончательно созревает, у нее появляется невидимое простому глазу свечение. Оно находится примерно в сантиметре от нее и выглядит как золотистая пыльца. Это очень красиво, невозможно отвести глаз. Но видит этот ореол далеко не каждый. Только очень опытный бахчевод. Но и этого мало. Если ты злой, плохой человек, дыня не покажет тебе свой венец. – Дед на секунду остановился, вспоминая что-то. - Так вот, это свечение можно увидеть и услышать его аромат. Он воистину божественный. Неописуемо тонкий, нежный, сладковато-свежий. Но его почти невозможно ощутить, прикоснуться к нему.

   - Сделать это можно только в горах, на границе трав и снегов. Не ниже, где лес и луга. И не выше, где снежные вершины и серые камни. Дынная пыль поднимается именно до этой границы, потому что ниже она растворится в теплом мареве и исчезнет, а выше превратится в кристаллы и выстудит своё божественное начало.

   Нет, это не какая-то таинственная горная бахча, дыни растут здесь, внизу. Пыль – это дух дыни, который поднимается высоко над бахчей.

   Увидеть ее можно только на заре, в лучах рассветного солнца. Дынная пыль показывается лишь тому, кто действительно того заслуживает. И вот если ты полной грудью вдохнул ее аромат и омыл лицо в ее золоте, ты начинаешь понимать суть всех явлений, божественное зерно всех событий и становишься по истине счастливым.

   Дед посмотрел на мальчика. Тот уже был далеко-далеко, сидя на полумесяце и трогая звезды ногами.

 

 

 

 

 

Примечания:

1 – Алма (каз) – яблоко

   Утром приехал дядя Салимжан.

   - Эй, Алтышка, - радостно закричал он, увидев племянника, - кел мында¹, дорогой, смотри, какая у меня собака!

Он повернулся в сторону джипа. – Шайтан, знакомься. Это твой новый досым², Алтышка!

   Дядя Салимжан походил на человека-пружину. Он подпрыгивал в нетерпении, махал руками и тряс головой.

   Мальчик подошел к джипу. Из окна на него злобно глядел такой же огромный, но не такой лохматый, как Манух, пёс. Дядя чуть приоткрыл окно и пёс тут же свирепо залаял на Алтынпая. – А ну молчать, тихо! – крикнул на него дядя, закрывая окно. – Вот черт, ну точно шайтан, дай только волю, сожрет любого. Видимо, он почуял твой страх. Собаки – они такие, особенно алабаи. Шай – чистокровный алабай, их учат охранять и предупреждать опасность.

   - Алтышка, - крикнул дядя, ну-ка сбегай, принеси мне воды, а я пока выпущу Шайтана на волю. По зрачкам мальчика пронесся ужас, но дядя Салимжан уже отвернулся в сторону машины.

 

   Алтынпай обреченно посеменил к колодцу. Жара медленно, но верно заворачивала улицу в дрожащий мелко и липко, шапан³. Дело шло к полудню. Мальчик напился сам, набрал воды в бидон, стоявший там же и повернул обратно.

   Дядя открыл дверь автомобиля, нацепил на Шайтана ошейник и вывел его наружу. Неподалеку росло дерево, за которое он и хотел привязать пса. В этот момент ему кто-то позвонил.

   Алтын уже видел машину и дядю, что-то громко кричащего в трубку и рубящего плотный воздух, руками. Он и не заметил, как выпустил из рук ошейник. Алтын почти уже дошел, оставалось метров сто, как вдруг из-за дерева на него внезапно ринулся Шай. Он несся молча и целенаправленно. Две красные, полыхающие яростью, точки приближались к мальчику, который инстинктивно протянул вперед руку с бидоном, а второй закрыл лицо. Ужас ворвался в него, как лезвие летящего ножа входит в плоть дерева – резко и глубоко, пройдя острой судорогой сквозь всё тело и пригвоздив его ноги к земле.

   Собака неслась, как в замедленной съемке. На заднем фоне за ней бежал и что-то громко кричал дядя.

   Внезапно, как из-под земли, сбоку возникла знакомая до боли мохнатая голова Мануха. Он, тоже молча, несся одновременно в сторону мальчика и наперерез Шайтану. В отдалении, за Манухом, прихрамывая, и, как мог быстро, бежал дедушка. До Алтынпая Шаю оставалось буквально два прыжка и в этот миг приближавшийся слева Манух, грозный, мохнатый, огромный Манух, которого так боялся Алтынпай, взмыл в воздух, пролетел несколько метров и с размаху врезался в Шайтана!

   Собаки прокатились по земле мимо мальчика, свившись в рычащий клубок и впившись друг другу в задние лапы. Тут же подоспели дядя Салимжан и дед…

 

   Любой большой стресс, любое сногсшибательное событие, свидетелем или участником которого мы являемся, по нашим ощущениям длится вечность. Течение времени словно останавливается в этот момент. Но на самом деле всё это происходит крайне стремительно. Через несколько минут, когда всё угомонилось, собак растащили и обезопасили, - природа словно решила перевести дух. Небо потяжелело, подул сильный ветер, мешая в воздухе листву, песок и крупные капли дождя, а потом и вовсе – свинцовое полотно прорвало, видно небо как-то неловко перевернулось и

 

Примечания:

1 – кел мында (каз) - иди сюда

2 – Досым (каз) – друг

3 – Шапан (каз) – теплый халат

 

на землю обрушились сразу три океана – Тихий, Атлантический и Индийский.

 

   Выяснилось, что у Шайтана раньше был другой хозяин, который часто бил его. Шай был еще совсем щенком и чаще всего ему доставалось от злобного хозяина железным бидоном, таким же, что нес тогда Алтынпай. Видимо, собака, увидав бидон, решила, что мальчик собирается ее бить, рассвирипела и бросилась на него сама.

 

   Вечером, когда дядя Салимжан уехал, у костра сидели трое – дедушка, его внук и большая лохматая собака. Пес положил голову мальчику на колени и дремал, вскидывая время от времени уши в ответ на потрескивание дров в огне.

   Дед с внуком о чем-то тихо говорили, перемежая разговор длинными молчаливыми паузами, обдумывая сказанное или услышанное. После очередной такой паузы, Алтынпай спросил деда: - Скажи, а ты хоть раз видел дынную пыль? Старик улыбнулся, - не только видел, но и прихватил с собой горсточку, на всякий случай, вдруг кому пригодится. И погладил ладонью сначала внука, а потом собаку. Мальчик услышал едва уловимый,  нежный аромат дыни, а Манух сладко зевнул и погрузился в сон.



Это произведение участвует в конкурсе. Не забывайте ставить "плюсы" и "минусы", писать комментарии. Голосуйте за полюбившихся авторов.

01:30
15
RSS
Нет комментариев. Ваш будет первым!
|
Счетчик посещений Counter.CO.KZ - бесплатный счетчик на любой вкус!