Она живая. Её зовут Катя

Она лежала в маленькой железной кроватке с тонкими прутьями на которых местами  сошла краска. Просто лежала и смотрела в потолок. Она любила смотреть в окно, но, у нее это редко получалось. Медперсонал обращал на нее мало внимания, часто забывая переворачивать ее с бока на бок. Когда в очередной раз ее поворачивали к стене, казалось что из ее тела выдыхается разочарование. До ужина ей придется смотреть на голые, холодные стены покрашенные темно-синей краской. Она не возражала против такой жизни, она не умела возражать. Она, ничего не умела. Ее звали Катя. Катюша, Катюня, как ласково называла ее мать. Совсем недавно у нее было день рождение, ей исполнилось семь. Заветный возраст в котором ребенок становится другим. Все еще малыш, но уже такой взрослый, серьезный и рассудительный. Первые тревоги, учеба, первая ответственность. Начало взрослой жизни. У нее, ничего этого не было. Только четырех разовое питание из бутылочки и  смена памперсов по расписанию.  Она бы любила принимать ванну, но медперсонал не очень то с ней церемонился, переодевание зачастую становилось пыткой. Щипки и царапины оставленные неловкими руками причиняли боль. Теперь, она привыкла и к этому. Ее мать купала и переодевала ее с осторожностью, она целовала ее недвижимое тельце и часто плакала.  Тогда, Катя любила купаться. Теплая вода обволакивала, тело выпрямлялось. Боль исчезала, а внутри, просыпались новые чувства: блаженство, невесомость и свобода.  Так было тогда, когда ее мать была рядом. А потом, что-то случилось и она оказалась здесь, в этой душной почти не проветриваемой палате. Хотя иногда бывало и по другому, редкое проветривание затягивалось и девочка чувствовала холод. Боль сковывала   непослушные суставы, но, она ничего не могла с этим поделать. Тонкое одеяльце лежащее рядом могло бы укрыть от холодного сквозняка, но и это  было недоступно для нее.
Сначала Катя лежала в палате  одна, позднее в палату положили еще одного ребенка, девчушку лет десяти. Новоприбывшая с любопытством разглядывала лежащую в кроватке девочку, но увидев, что Катя никак не реагирует, потеряла к ней  всякий интерес. Лежачая девочка была глухонемой и парализованной, с ней нельзя было поиграть или хотя бы просто поговорить.  В свои полные семь лет она выглядела года на три не больше. Иногда она что-то мычала в своей кроватке, но это  было очень редко, в основном она просто смотрела в потолок.
Вечно куда-то спешащие  и чем-то недовольные медсестры и нянечки, не очень  то, жаловали больную девочку, каждое кормление сопровождалась неприятными высказываниями, а смена белья и того хуже. 
Однажды пожилая санитарка наводила порядок в палате. Она тихо бубнила себе под нос: 
— Вот растение! Сама мучается и нас всех мучает. И мать ее дура! Ну, собралась рожать второго,  дай Бог, здорового, сдай ты эту, в интернат, на кой она тебе?!  Трава, травой! Только ест и гадит! Наказание Господне! 
Женщина все не могла успокоится  после смены памперсов. 
— Как ее зовут? Спросила новенькая девочка.
— Зовут? Да кто, ее, зовет то? Да она, и не слышит, поди!? Вроде Катя... 
— А где, ее мама?
— В роддом легла, на сохранение, да может и родила уже! Она  у нас  месяца три уже лежит… Вот какая с нее, радость?  Горе одно! По мне, лучше бы  таких, сразу… Чем вот так, всю жизнь!.. Но, мы, гуманное Государство! Мы, таких холим, лелеем!
Санитарка резко дернула девочку за руку, наскоро переодевая на ней рубашку. 
И есть то, она не может! И пить то, она не может! И в туалет то, по-человечески приспособится не может! Ну вот! Опять наделала! Да что тебя совсем не кормить, что ли! Не успела памперс сменить,  опять подарочек! — Женщина неловко отодвинула девочку с грязной простыни. 
— А вот, нет простыней! Вот и лежи теперь, вся грязная! И за что мне это? И когда тебя мать твоя, непутевая заберет? Поди тоже недоделанная, раз такую родила! 
— Почему вы с ней, так? 
Робко, но с каким-то внезапным, внутренним вызовом, спросила девочка. 
— Что я? Да она, не живая… Она ничего не понимает!   Она — дерево! Амеба!  Не слышит,  не чувствует, сказать ничего не может, да и не видит почти ничего! 
Она отмахнулась рукой на замечание девочки и вышла из палаты, оставив Катю на мокрых и грязных простынях. 
Время шло а санитарка не возвращалась, она видимо забыла о смене белья, продолжая делать  на ходу более важные на ее взгляд дела. 
     Решив что санитарка отсутствует достаточно долго, девочка  немного помедлила, а затем, уверенными движениями   достала влажные салфетки и начала протирать  худое и почти синее Катино  тельце.  Она не чувствовала отвращения, только досаду. Досаду на  умных, мудрых, уже проживших целую жизнь взрослых. Взрослых, которые не могли понять главных, простых и таких понятных на ее взгляд вещей. 
— Она же не виновата, и я могла родится такой, и она сама… — С яростью и внутренним возмущением думала девочка. 
Затем она постелила в кроватку свою, чистую простынь и бережно пододвинула Катю.  
В коридоре прозвенел звонок вызова, медсестра прокричала ее фамилию и позвала на выход. 
— Наверное мама пришла! — Пронеслось в голове девочки. На выходе из палаты она замешкалась и вернулась. Еще раз проверила, хорошо ли укрыта Катя. Та  лежала на боку, так, как ее положили. Только сейчас, девочка заметила  огромные, синие  глаза, которые, внимательно смотрели на нее. Из глаз большими бусинами накатились слезы. Они как две большие капли застыли у век. 
— Я сейчас! — Прошептала девочка. — Не бойся! Не бойся их, Катя! Я тебя, не дам в обиду!  Скоро за тобой мама вернется… И… Все будет хорошо! 
Кажется, малышка ее понимала, ее лицо разгладилось и будто наполнилось внутренним светом.

В следующее мгновение девочка уже бежала по коридору, ее пришли навестить родители. Захлопнув дверь отделения, она разрыдалась, крепко обняла мать и только повторяла без конца:
-  Не правда! Мама, она живая! Ее зовут Катя...

 

 

 

Уважаемые авторы! По вашим многочисленным просьбам внесены некоторые изменения в Правила сайта, касающиеся публикаций произведений большого объёма. В тех случаях, когда автор размещает продолжение одного и того же произведения в виде его последующих глав,частей и т.п., ему разрешается до четырёх публикаций в сутки..


Просьба к читателям! Поддержите, пожалуйста, творчество автора вашими комментариями здесь или репостами в соцсетях, нажав на соответствующие значки внизу этого текста.

+10
14:07
409
RSS
Комментарий удален
Читал с большим интересом. Всё ждал-каков будет конец рассказа. Удивительное, глубоко человеческое участие десятилетней девочки впечатляет. Не скрою- пробило слезу! Нет! Абсолютно не стесняюсь сказать об этом открыто! Настолько хороший рассказ, что не хватит всех похвал, чтобы выразить свои чувства! Вы просто мо-ло-дец, уважаемая Кристина! У вас большое сердце, умеющее любить, страдать, чувствовать…
Браво!!!
15:09
Мороз по коже… Браво!!!
11:37
Два комментария и 5 лайков не учитываются в конкурсном рейтинге.
01:34
Обожаю Вашу «Катю»!!! Плюс в рейтинг и ещё раз спасибо за человечность!!! А т.к. голосовала ранее прошу это учесть. Рейтинг сейчас поднять уже не могу.
Очень трогательно. Замечательный рассказ. Пишите. У Вас получается.
Какое грустное! До слёз просто!!!
Хорошо… дай бог девочке не зачерстветь. А Кате — домой вернуться.
Загрузка...
|
Счетчик посещений Counter.CO.KZ - бесплатный счетчик на любой вкус!
Литературный Клуб "Добро" © 2018 Работает на InstantCMS Иконки от Icons8 Template cover by SiteStroi