Свой дом. Быль

Свой дом. Быль

Она заметила его на расстоянии, когда он по-деловому пробегал мимо или останавливался невдалеке рядом с женщиной, с которой вместе выходил на улицу. Он не обращал внимания на следящий за ним пристальный взгляд, спеша по своим важным «мужским» делам, а она оставалась одна в темноте подвала.

Она была обыкновенной гладкошерстной серой кошкой, он  ̶  лохматым чёрным псом, похожим на щенка ньюфаундленда.

Кошка оказалась в подъезде в середине января, в морозы, и сразу заявила о себе непрерывным истошным мяуканьем. При появлении человека она забивалась в подвал через дверь, ведущую к кладовкам жильцов, и пряталась там, поэтому разглядеть этот источник крика о помощи не представлялось возможным, и нельзя было её выловить. Добросердечные жильцы стали оставлять ей рядом с подвальной дверью еду. Через два месяца жильцы поняли причину её небывалой прожорливости и истерических воплей, разглядев рядом с ней пятерых маленьких разномастных котят! Когда люди приходили подкармливать кошку, детёныши врассыпную разбегались по подвальным клетушкам. Выход на улицу из подвала возможен был лишь через подъездную дверь, но кошачье семейство туда не стремилось. Котята дичали, подрастали и в будущем обязательно расплодились бы. Женским советом соседей было решено: освободить дом от бродяжек пока не поздно.

Кошка со временем так устала от котят, что стала осторожно подпускать к себе знакомых людей. Женщины втроём с трудом отловили кошку. Поселили её временно в дом к знакомому чёрному псу Черри и его одинокой хозяйке-пенсионерке по имени  Лидия. Женщина не собиралась оставлять кошку у себя навсегда, взяла лишь на время для стерилизации и лечения. Кошка проявила врождённый ум: стала сразу ходить в лоток, вела себя воспитанно и спала исключительно в предназначенной для этого коробке.

Черри следил за тем, чтобы иерархия в доме не нарушалась. Хозяйке  непозволительно было ласкать кошку, он тут же влезал между ними. Если кошку кормили, то его крупные карие глаза взывали к справедливости, он толкался рядом, норовя съесть чужое. Пришлось кормить кошку на подоконнике. Он же не разрешал лезть к своей миске, и кошка поняла это сразу. В мае она была стерилизована и пролечена уколами: у бродяжке был мастит и  собачьи укусы на животе.

В июне Лиде надо было уезжать недели на две. Черри был определён в чужую семью, но для кошки места там не было.  Котята к тому времени были постепенно отловлены при помощи ловушек из картонных ящиков и рыбацкого сачка. Для них нашлись хозяева в разных домах, а одна молодая пара, из сердобольных жильцов подъезда, взяла к себе сразу двух серых котиков, похожих на свою полосатую мать. Сама кошка была выпущена назад в подъезд. Итак, люди, с кошачьей точки зрения, проявили вероломство, опять выгнав её из обретённого дома. Она сначала пряталась между рам на окне второго этажа, чтобы одновременно наблюдать за дверью знакомой квартиры, потом забилась под батарею у входной двери подъезда.

Когда Лида вернулась с Черри домой, кошка повеселела. Она с поднятым вверх хвостом приветствовала пса. Если хозяйка выгуливала собаку, то кошка выбегала за Черри на улицу и готова была преданно его сопровождать дальше, но женщина отгоняла её к подъезду. Тогда кошка покорно ждала возвращения пса, чтобы вместе с ним прошмыгнуть в квартиру. Брать кошку Лидия, по-прежнему, не хотела, потому что уже несколько лет Черри не на кого было оставлять в случае её отлучек, а тут ещё и кошка…

В основном, соседи были согласны на то, что кошка будет жить в трёхэтажном подъезде и отпугивать крыс, а Лида будет убирать за ней. К сожалению, в подъезде была одна «плохая квартира». Её жильцы воевали с несчастной кошкой. Они закрывали её в подвале, выбрасывали миски с едой и туалетный лоток. Всё это делалось тайно. Приручённая кошка была в опасности и идея о её спокойной жизни в подъезде стала нереальной.

На объявления о поиске хозяина для кошки в Интернете и развешенные по соседним домам никто не откликался. Лидия пристроила кошку на выставку в Москву для передачи в «добрые руки», но бродяжка проявила там худшие свои черты: противно мяукала и не давалась в «добрые руки». Кошку вернули назад.

Одна пожилая пара, наконец, согласилась взять кошку к себе. Это, похоже, был очень подходящий дом: заботливая хозяйка с мужем, двухкомнатная квартира с балконом, отсутствие детей и животных. Приёмыш же сидел, в основном, за огромным диваном и выходил только к миске и туалетному лотку. Через две недели кошка мстительно пару раз испортила постель хозяина и была выдворена на прежнее место жительства. Она встретилась с любимым псом и старыми знакомыми.

Наступала пора осенних дождей. Лида сдалась и всё-таки пустила кошку жить в свою квартиру. Квартирантке было твёрдо сказано, что если она будет: первое − гадить, второе − рваться на улицу и третье − непрерывно мяукать, то больше в дом не вернётся! Кошка поняла Лиду и никогда не нарушила трёх правил. Новая хозяйка дала ей мягкое имя Агата, кошка не возражала и бежала на зов (к еде). Так, у бродяжки появился, наконец, дом, который она выбрала сама!

Улица для кошки перестала существовать, даже на балкон она выходила с опаской.  В доме серая жилица стала себя тщательно вылизывать, умываться и не только ходила в лоток, но и требовала голосом сразу убрать за ней. Мяукала она по делу, командуя: кормить, убрать, играть! Лиде отводилась роль служанки, выполнявшей заключённый договор. Кошка избегала рук, сама не ласкалась, правда, позволяла себя гладить и громко мурлыкала. Живя в домашних условиях, Агата заметно похорошела, поправилась, шерсть заблестела. Стала проявляться её неяркая красота.

Отношение к Черри у Агаты было трогательным. Кошка лезла к нему ночью под бок спать, когда пёс занимал своё законное место на диване, она вылизывала ему морду, тёрлась вокруг его лап, мурлыча…  Казалось, что она счастлива воссоединением с собакой под одной крышей. Пёс уступал кошке свои лежанки, предпочитая спать в одиночестве. Когда он недовольно ворчал на пристающую с ласками кошку, то она отступала. Появился ритуал встречи пса с прогулки. Кошка бежала ему навстречу и обнюхивала с ног до головы, тыкалась мордочкой в его лохматую голову. Черри так привык к такой пылкой встрече, что, если Агата спала в комнате, то он будил её, приветливо размахивая пушистым хвостом, как опахалом.

Однажды Лида вернулась домой с утренней прогулки без пса. Кошка была очень удивлена и с раздражением спросила: «Мяу?». «Черри убежал. Подожди, он вернётся!» – ответила хозяйка. Агата в ожидании Черри беспокойно ходила по квартире и поглядывала в окно. Пёс тоже был подобранным и привык гулять самостоятельно. Нагулявшись, он, действительно, возвратился домой.

Как-то зимой Лида проснулась ночью от тревоги и движения лучей по потолку. Свет проникал через неплотно задёрнутые шторы. Из окна комнаты были видны пожарные машины, они двигались по улице и в темноте шарили фарами. Наскоро одевшись, женщина вышла в подъезд и взглянула из окна во двор. Там стояли соседи и работали пожарники. Схватив сумку с документами и пса на поводке, пенсионерка стала звать кошку. Её нигде не было видно. Лида оставила для кошки открытым окно кухни (они жили на втором этаже) и выбежала из дома. Горела квартира на первом этаже соседнего подъезда. Скорая помощь увезла пострадавших, а жильцы долго не возвращались к себе, так как была опасность, что огонь распространится по деревянным перекрытиям потолков дальше по квартирам.

Вернувшись с Черри домой, хозяйка стала искать Агату. «Ищи кошку», – заодно приказала Лида псу. Эта команда была ему незнакома, и пёс поочерёдно притаскивал ей свои игрушки, волновался, бестолково бегая по квартире. Вблизи дома Агаты тоже не было. Лида утомилась и пригорюнилась. Черри встал на задние лапы и залез к ней на колени. Он был расстроен и искал утешения. Они сидели молча в рассветных сумерках и вдруг услышали слабое мяуканье. Кошка обнаружилась внутри складной кровати, куда забилась от испуга. Всё трое кинулись навстречу друг другу как потерявшиеся родственники!

Кошка и пёс, вопреки поговорке, живут дружно, по сей день, в своём доме вместе с заботливой хозяйкой.Она заметила его на расстоянии, когда он по-деловому пробегал мимо или останавливался невдалеке рядом с женщиной, с которой вместе выходил на улицу. Он не обращал внимания на следящий за ним пристальный взгляд, спеша по своим важным «мужским» делам, а она оставалась одна в темноте подвала.

Она была обыкновенной гладкошерстной серой кошкой, он  ̶  лохматым чёрным псом, похожим на щенка ньюфаундленда.

Кошка оказалась в подъезде в середине января, в морозы, и сразу заявила о себе непрерывным истошным мяуканьем. При появлении человека она забивалась в подвал через дверь, ведущую к кладовкам жильцов, и пряталась там, поэтому разглядеть этот источник крика о помощи не представлялось возможным, и нельзя было её выловить. Добросердечные жильцы стали оставлять ей рядом с подвальной дверью еду. Через два месяца жильцы поняли причину её небывалой прожорливости и истерических воплей, разглядев рядом с ней пятерых маленьких разномастных котят! Когда люди приходили подкармливать кошку, детёныши врассыпную разбегались по подвальным клетушкам. Выход на улицу из подвала возможен был лишь через подъездную дверь, но кошачье семейство туда не стремилось. Котята дичали, подрастали и в будущем обязательно расплодились бы. Женским советом соседей было решено: освободить дом от бродяжек пока не поздно.

Кошка со временем так устала от котят, что стала осторожно подпускать к себе знакомых людей. Женщины втроём с трудом отловили кошку. Поселили её временно в дом к знакомому чёрному псу Черри и его одинокой хозяйке-пенсионерке по имени  Лидия. Женщина не собиралась оставлять кошку у себя навсегда, взяла лишь на время для стерилизации и лечения. Кошка проявила врождённый ум: стала сразу ходить в лоток, вела себя воспитанно и спала исключительно в предназначенной для этого коробке.

Черри следил за тем, чтобы иерархия в доме не нарушалась. Хозяйке  непозволительно было ласкать кошку, он тут же влезал между ними. Если кошку кормили, то его крупные карие глаза взывали к справедливости, он толкался рядом, норовя съесть чужое. Пришлось кормить кошку на подоконнике. Он же не разрешал лезть к своей миске, и кошка поняла это сразу. В мае она была стерилизована и пролечена уколами: у бродяжке был мастит и  собачьи укусы на животе.

В июне Лиде надо было уезжать недели на две. Черри был определён в чужую семью, но для кошки места там не было.  Котята к тому времени были постепенно отловлены при помощи ловушек из картонных ящиков и рыбацкого сачка. Для них нашлись хозяева в разных домах, а одна молодая пара, из сердобольных жильцов подъезда, взяла к себе сразу двух серых котиков, похожих на свою полосатую мать. Сама кошка была выпущена назад в подъезд. Итак, люди, с кошачьей точки зрения, проявили вероломство, опять выгнав её из обретённого дома. Она сначала пряталась между рам на окне второго этажа, чтобы одновременно наблюдать за дверью знакомой квартиры, потом забилась под батарею у входной двери подъезда.

Когда Лида вернулась с Черри домой, кошка повеселела. Она с поднятым вверх хвостом приветствовала пса. Если хозяйка выгуливала собаку, то кошка выбегала за Черри на улицу и готова была преданно его сопровождать дальше, но женщина отгоняла её к подъезду. Тогда кошка покорно ждала возвращения пса, чтобы вместе с ним прошмыгнуть в квартиру. Брать кошку Лидия, по-прежнему, не хотела, потому что уже несколько лет Черри не на кого было оставлять в случае её отлучек, а тут ещё и кошка…

В основном, соседи были согласны на то, что кошка будет жить в трёхэтажном подъезде и отпугивать крыс, а Лида будет убирать за ней. К сожалению, в подъезде была одна «плохая квартира». Её жильцы воевали с несчастной кошкой. Они закрывали её в подвале, выбрасывали миски с едой и туалетный лоток. Всё это делалось тайно. Приручённая кошка была в опасности и идея о её спокойной жизни в подъезде стала нереальной.

На объявления о поиске хозяина для кошки в Интернете и развешенные по соседним домам никто не откликался. Лидия пристроила кошку на выставку в Москву для передачи в «добрые руки», но бродяжка проявила там худшие свои черты: противно мяукала и не давалась в «добрые руки». Кошку вернули назад.

Одна пожилая пара, наконец, согласилась взять кошку к себе. Это, похоже, был очень подходящий дом: заботливая хозяйка с мужем, двухкомнатная квартира с балконом, отсутствие детей и животных. Приёмыш же сидел, в основном, за огромным диваном и выходил только к миске и туалетному лотку. Через две недели кошка мстительно пару раз испортила постель хозяина и была выдворена на прежнее место жительства. Она встретилась с любимым псом и старыми знакомыми.

Наступала пора осенних дождей. Лида сдалась и всё-таки пустила кошку жить в свою квартиру. Квартирантке было твёрдо сказано, что если она будет: первое − гадить, второе − рваться на улицу и третье − непрерывно мяукать, то больше в дом не вернётся! Кошка поняла Лиду и никогда не нарушила трёх правил. Новая хозяйка дала ей мягкое имя Агата, кошка не возражала и бежала на зов (к еде). Так, у бродяжки появился, наконец, дом, который она выбрала сама!

Улица для кошки перестала существовать, даже на балкон она выходила с опаской.  В доме серая жилица стала себя тщательно вылизывать, умываться и не только ходила в лоток, но и требовала голосом сразу убрать за ней. Мяукала она по делу, командуя: кормить, убрать, играть! Лиде отводилась роль служанки, выполнявшей заключённый договор. Кошка избегала рук, сама не ласкалась, правда, позволяла себя гладить и громко мурлыкала. Живя в домашних условиях, Агата заметно похорошела, поправилась, шерсть заблестела. Стала проявляться её неяркая красота.

Отношение к Черри у Агаты было трогательным. Кошка лезла к нему ночью под бок спать, когда пёс занимал своё законное место на диване, она вылизывала ему морду, тёрлась вокруг его лап, мурлыча…  Казалось, что она счастлива воссоединением с собакой под одной крышей. Пёс уступал кошке свои лежанки, предпочитая спать в одиночестве. Когда он недовольно ворчал на пристающую с ласками кошку, то она отступала. Появился ритуал встречи пса с прогулки. Кошка бежала ему навстречу и обнюхивала с ног до головы, тыкалась мордочкой в его лохматую голову. Черри так привык к такой пылкой встрече, что, если Агата спала в комнате, то он будил её, приветливо размахивая пушистым хвостом, как опахалом.

Однажды Лида вернулась домой с утренней прогулки без пса. Кошка была очень удивлена и с раздражением спросила: «Мяу?». «Черри убежал. Подожди, он вернётся!» – ответила хозяйка. Агата в ожидании Черри беспокойно ходила по квартире и поглядывала в окно. Пёс тоже был подобранным и привык гулять самостоятельно. Нагулявшись, он, действительно, возвратился домой.

Как-то зимой Лида проснулась ночью от тревоги и движения лучей по потолку. Свет проникал через неплотно задёрнутые шторы. Из окна комнаты были видны пожарные машины, они двигались по улице и в темноте шарили фарами. Наскоро одевшись, женщина вышла в подъезд и взглянула из окна во двор. Там стояли соседи и работали пожарники. Схватив сумку с документами и пса на поводке, пенсионерка стала звать кошку. Её нигде не было видно. Лида оставила для кошки открытым окно кухни (они жили на втором этаже) и выбежала из дома. Горела квартира на первом этаже соседнего подъезда. Скорая помощь увезла пострадавших, а жильцы долго не возвращались к себе, так как была опасность, что огонь распространится по деревянным перекрытиям потолков дальше по квартирам.

Вернувшись с Черри домой, хозяйка стала искать Агату. «Ищи кошку», – заодно приказала Лида псу. Эта команда была ему незнакома, и пёс поочерёдно притаскивал ей свои игрушки, волновался, бестолково бегая по квартире. Вблизи дома Агаты тоже не было. Лида утомилась и пригорюнилась. Черри встал на задние лапы и залез к ней на колени. Он был расстроен и искал утешения. Они сидели молча в рассветных сумерках и вдруг услышали слабое мяуканье. Кошка обнаружилась внутри складной кровати, куда забилась от испуга. Всё трое кинулись навстречу друг другу как потерявшиеся родственники!

Кошка и пёс, вопреки поговорке, живут дружно, по сей день, в своём доме вместе с заботливой хозяйкой.Она заметила его на расстоянии, когда он по-деловому пробегал мимо или останавливался невдалеке рядом с женщиной, с которой вместе выходил на улицу. Он не обращал внимания на следящий за ним пристальный взгляд, спеша по своим важным «мужским» делам, а она оставалась одна в темноте подвала.

Она была обыкновенной гладкошерстной серой кошкой, он  ̶  лохматым чёрным псом, похожим на щенка ньюфаундленда.

Кошка оказалась в подъезде в середине января, в морозы, и сразу заявила о себе непрерывным истошным мяуканьем. При появлении человека она забивалась в подвал через дверь, ведущую к кладовкам жильцов, и пряталась там, поэтому разглядеть этот источник крика о помощи не представлялось возможным, и нельзя было её выловить. Добросердечные жильцы стали оставлять ей рядом с подвальной дверью еду. Через два месяца жильцы поняли причину её небывалой прожорливости и истерических воплей, разглядев рядом с ней пятерых маленьких разномастных котят! Когда люди приходили подкармливать кошку, детёныши врассыпную разбегались по подвальным клетушкам. Выход на улицу из подвала возможен был лишь через подъездную дверь, но кошачье семейство туда не стремилось. Котята дичали, подрастали и в будущем обязательно расплодились бы. Женским советом соседей было решено: освободить дом от бродяжек пока не поздно.

Кошка со временем так устала от котят, что стала осторожно подпускать к себе знакомых людей. Женщины втроём с трудом отловили кошку. Поселили её временно в дом к знакомому чёрному псу Черри и его одинокой хозяйке-пенсионерке по имени  Лидия. Женщина не собиралась оставлять кошку у себя навсегда, взяла лишь на время для стерилизации и лечения. Кошка проявила врождённый ум: стала сразу ходить в лоток, вела себя воспитанно и спала исключительно в предназначенной для этого коробке.

Черри следил за тем, чтобы иерархия в доме не нарушалась. Хозяйке  непозволительно было ласкать кошку, он тут же влезал между ними. Если кошку кормили, то его крупные карие глаза взывали к справедливости, он толкался рядом, норовя съесть чужое. Пришлось кормить кошку на подоконнике. Он же не разрешал лезть к своей миске, и кошка поняла это сразу. В мае она была стерилизована и пролечена уколами: у бродяжке был мастит и  собачьи укусы на животе.

В июне Лиде надо было уезжать недели на две. Черри был определён в чужую семью, но для кошки места там не было.  Котята к тому времени были постепенно отловлены при помощи ловушек из картонных ящиков и рыбацкого сачка. Для них нашлись хозяева в разных домах, а одна молодая пара, из сердобольных жильцов подъезда, взяла к себе сразу двух серых котиков, похожих на свою полосатую мать. Сама кошка была выпущена назад в подъезд. Итак, люди, с кошачьей точки зрения, проявили вероломство, опять выгнав её из обретённого дома. Она сначала пряталась между рам на окне второго этажа, чтобы одновременно наблюдать за дверью знакомой квартиры, потом забилась под батарею у входной двери подъезда.

Когда Лида вернулась с Черри домой, кошка повеселела. Она с поднятым вверх хвостом приветствовала пса. Если хозяйка выгуливала собаку, то кошка выбегала за Черри на улицу и готова была преданно его сопровождать дальше, но женщина отгоняла её к подъезду. Тогда кошка покорно ждала возвращения пса, чтобы вместе с ним прошмыгнуть в квартиру. Брать кошку Лидия, по-прежнему, не хотела, потому что уже несколько лет Черри не на кого было оставлять в случае её отлучек, а тут ещё и кошка…

В основном, соседи были согласны на то, что кошка будет жить в трёхэтажном подъезде и отпугивать крыс, а Лида будет убирать за ней. К сожалению, в подъезде была одна «плохая квартира». Её жильцы воевали с несчастной кошкой. Они закрывали её в подвале, выбрасывали миски с едой и туалетный лоток. Всё это делалось тайно. Приручённая кошка была в опасности и идея о её спокойной жизни в подъезде стала нереальной.

На объявления о поиске хозяина для кошки в Интернете и развешенные по соседним домам никто не откликался. Лидия пристроила кошку на выставку в Москву для передачи в «добрые руки», но бродяжка проявила там худшие свои черты: противно мяукала и не давалась в «добрые руки». Кошку вернули назад.

Одна пожилая пара, наконец, согласилась взять кошку к себе. Это, похоже, был очень подходящий дом: заботливая хозяйка с мужем, двухкомнатная квартира с балконом, отсутствие детей и животных. Приёмыш же сидел, в основном, за огромным диваном и выходил только к миске и туалетному лотку. Через две недели кошка мстительно пару раз испортила постель хозяина и была выдворена на прежнее место жительства. Она встретилась с любимым псом и старыми знакомыми.

Наступала пора осенних дождей. Лида сдалась и всё-таки пустила кошку жить в свою квартиру. Квартирантке было твёрдо сказано, что если она будет: первое − гадить, второе − рваться на улицу и третье − непрерывно мяукать, то больше в дом не вернётся! Кошка поняла Лиду и никогда не нарушила трёх правил. Новая хозяйка дала ей мягкое имя Агата, кошка не возражала и бежала на зов (к еде). Так, у бродяжки появился, наконец, дом, который она выбрала сама!

Улица для кошки перестала существовать, даже на балкон она выходила с опаской.  В доме серая жилица стала себя тщательно вылизывать, умываться и не только ходила в лоток, но и требовала голосом сразу убрать за ней. Мяукала она по делу, командуя: кормить, убрать, играть! Лиде отводилась роль служанки, выполнявшей заключённый договор. Кошка избегала рук, сама не ласкалась, правда, позволяла себя гладить и громко мурлыкала. Живя в домашних условиях, Агата заметно похорошела, поправилась, шерсть заблестела. Стала проявляться её неяркая красота.

Отношение к Черри у Агаты было трогательным. Кошка лезла к нему ночью под бок спать, когда пёс занимал своё законное место на диване, она вылизывала ему морду, тёрлась вокруг его лап, мурлыча…  Казалось, что она счастлива воссоединением с собакой под одной крышей. Пёс уступал кошке свои лежанки, предпочитая спать в одиночестве. Когда он недовольно ворчал на пристающую с ласками кошку, то она отступала. Появился ритуал встречи пса с прогулки. Кошка бежала ему навстречу и обнюхивала с ног до головы, тыкалась мордочкой в его лохматую голову. Черри так привык к такой пылкой встрече, что, если Агата спала в комнате, то он будил её, приветливо размахивая пушистым хвостом, как опахалом.

Однажды Лида вернулась домой с утренней прогулки без пса. Кошка была очень удивлена и с раздражением спросила: «Мяу?». «Черри убежал. Подожди, он вернётся!» – ответила хозяйка. Агата в ожидании Черри беспокойно ходила по квартире и поглядывала в окно. Пёс тоже был подобранным и привык гулять самостоятельно. Нагулявшись, он, действительно, возвратился домой.

Как-то зимой Лида проснулась ночью от тревоги и движения лучей по потолку. Свет проникал через неплотно задёрнутые шторы. Из окна комнаты были видны пожарные машины, они двигались по улице и в темноте шарили фарами. Наскоро одевшись, женщина вышла в подъезд и взглянула из окна во двор. Там стояли соседи и работали пожарники. Схватив сумку с документами и пса на поводке, пенсионерка стала звать кошку. Её нигде не было видно. Лида оставила для кошки открытым окно кухни (они жили на втором этаже) и выбежала из дома. Горела квартира на первом этаже соседнего подъезда. Скорая помощь увезла пострадавших, а жильцы долго не возвращались к себе, так как была опасность, что огонь распространится по деревянным перекрытиям потолков дальше по квартирам.

Вернувшись с Черри домой, хозяйка стала искать Агату. «Ищи кошку», – заодно приказала Лида псу. Эта команда была ему незнакома, и пёс поочерёдно притаскивал ей свои игрушки, волновался, бестолково бегая по квартире. Вблизи дома Агаты тоже не было. Лида утомилась и пригорюнилась. Черри встал на задние лапы и залез к ней на колени. Он был расстроен и искал утешения. Они сидели молча в рассветных сумерках и вдруг услышали слабое мяуканье. Кошка обнаружилась внутри складной кровати, куда забилась от испуга. Всё трое кинулись навстречу друг другу, как потерявшиеся родственники!

Кошка и пёс живут дружно в своём доме, по сей день.

Не забывайте, нажав кнопку "Мне нравится" вы приглашаете почитать своё произведение 10-15 друзей из "Одноклассников". Если нажмут кнопку и они, то у вас будет несколько сотен читателей.

0
21:18
61
RSS
Нет комментариев. Ваш будет первым!
|